Сайт Елены Гордеевой
+7 917 22 8 33 48
ЗВОНИТЕ: Tel., WhatsApp, Viber.
ПОДАРОК
ПРИВЕТСТВУЮ ВАС НА ЛИЧНОМ САЙТЕ
Антикризисные программы МЛМ-компаниям
УЧАСТВУЙТЕ В МОИХ ТРЕНИНГАХ
Антикризисные программы бизнесу
БЫТЬ ОРГАНИЗАТОРОМ МОИХ ТРЕНИНГОВ ВЫГОДНО
ТОП-лидерам бизнеса и МЛМ-компаний
УЧАСТВУЙТЕ В МОИХ КОУЧ-СЕССИЯХ
Антикризисные программы руководителям бизнеса
ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К СОТРУДНИЧЕСТВУ
АНТИКРИЗИСНЫЕ ПРОГРАММЫ ЛИЧНОСТИ
ПОДПИШИТЕСЬ НА МОЙ INSTAGRAM
ПОДПИШИТЕСЬ НА МОЙ YouTube-канал
ЗАКАЖИТЕ АУДИТ СВОЕЙ MLM-КОМПАНИИ
В ТОП-10 GOOGLE ЗА 30 ДНЕЙ БЕСПЛАТНО
УСТАНОВИТЕ УСКОРИТЕЛЬ РАБОТЫ В СОЦ. СЕТЯХ
АВТОМАТИЗИРУЙТЕ БИЗНЕС В ИНТЕРНЕТЕ
СОЗДАЙТЕ УМНЫЙ САЙТ В 2 КЛИКА
регистрируйтесь и экономьте на покупках
СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
ВСЁ КЛИКАБЕЛЬНО →
Регистрация сайта
Создай свой сайт прямо сейчас.
Создать свой сайт
Социальные сети
100 метров

100 метров

Этот рассказ «гуляет» по интернету и никто не знает настоящее имя его автора. Я прочитала это эссе пару лет назад. Зацепило...

9 мая в 1:00

100 метров

Нет, это не мой рассказ.
Он «гуляет» по интернету и никто не знает настоящего имени его автора.
Я прочитала это эссе пару лет назад на страничке
своего друга в Фейсбуке до кризиса, до планетарного карантина...

Зацепило с первых строк. Не могла оторваться от чтения…
Читала и ревела навзрыд, делая правки и редактируя.
Сейчас, на фоне кризиса и пандемии, кажется, что это эссе
не так актуально, как пару лет назад. Но всё же...

Изложенное в этом рассказе я приняла очень близко к сердцу
потому, что сама родом из Украины, где живут все мои родственники,
переругавшиеся между собой по политическим мотивам
в столь нелёгкое время… Там же, на Украине живёт и
мой отец — ветеран Великой Отечественной войны,
бывший малолетний узник фашистских концлагерей, чудом избежавший послевоенных сталинских репрессий: выручила справка,
выданная в отряде югославских партизан, где
он воевал против фашистов после успешного побега из концлагеря.

Моему отцу в этом году исполняется 95!
Он — молодец, хорошо сохранился, держится, ведь рядом с ним
мой старший брат со своей милой супругой.
А у меня за всех болит душа — нелегко сейчас там,
в когда-то одной из самых богатых республик бывшего СССР…

Я верю в то, что мир не станет прежним!
Прочитайте, Вас тоже зацепит, наверняка, как и меня.

Ратибор Ярополкович

— Сынок, а тут за квартиру можно заплатить?
— Угу, – ответил охранник, даже не повернув головы к посетителю.
— А где, сынок, подскажи, а то тут я впервой.
— У окошка, – раздраженно ответил охранник.
— Ты бы мне пальцем показал, а то я без очков плохо вижу.
Охранник, не поворачиваясь, просто махнул рукой в сторону кассовых окошек:
— Там.
Дед в растерянности стоял и не мог понять, куда именно ему идти. Охранник повернул голову к посетителю, смерил взглядом и презрительно кивнул:
— Вот ты чего встал, неужели не видно, вон окошки, там и плати.
— Ты не серчай, сынок, я же думал что у вас тут порядок какой есть, а теперь понятно, что в любом окошке могу заплатить.

Дед медленно пошел к ближайшему окошку.
— С вас 345 гривен и 55 копеек, – сказала кассир.
Дед достал видавший виды кошелек, долго в нём копался и после выложил купюры. Кассир отдала деду чек.
— И что, сынок, вот так сидишь сиднем целый день, ты бы работу нашел лучше, – дед внимательно смотрел на охранника. Охранник повернулся к деду:
— Ты что издеваешься, дед, это и есть работа.
— Аааа, – протянул дед и продолжил внимательно смотреть на охранника.
— Отец, вот скажи мне, тебе чего еще надо? – раздраженно спросил охранник.
— Тебе по пунктам или можно все сразу? – спокойно ответил дед.
— Не понял? – охранник повернулся и внимательно посмотрел на деда.
— Ладно, дед, иди, – сказал он через секунду и опять уставился в монитор.

— Ну, тогда слушай, двери заблокируй и жалюзи на окна опусти.
— Не по… – охранник повернулся и прямо на уровне глаз увидел ствол пистолета.
— Да ты чего, да я щас!
— Ты, сынок, шибко не ерепенься, я с этой пукалки раньше с 40 метров в пятикопеечную монету попадал. Конечно сейчас годы не те, но да и расстояние между нами поди не сорок метров, уж я всажу тебе прямо между глаз и не промажу, – спокойно ответил дед.
— Сынок, тебе часом по 2 раза повторять не нужно? Али плохо слышишь? Блокируй двери, жалюзи опусти.

На лбу охранника проступили капельки пота.
— Дед, ты это серьезно?
— Нет, конечно нет, я понарошку тыкаю тебе в лоб пистолетом и прошу заблокировать двери, а так же сообщаю, что грабить я вас пришёл.
— Ты, сынок, только не нервничай, лишних движений не делай. Понимаешь, у меня патрон в стволе, с предохранителя снят, а руки у стариков сам знаешь, наполовину своей жизнью живут. Того и гляди, я тебе ненароком могу и поменять давление в черепной коробке, – сказал дед, спокойно глядя в глаза охраннику.

Охранник протянул руку и нажал 2 кнопки на пульте. В зале банка послышался щелчок закрывающейся входной двери и на окна начали опускаться стальные жалюзи.
Дед, не отворачиваясь от охранника, сделал 3 шага назад и громко крикнул:
— Внимание! Я не причиню никому вреда, но это ограбление!

В холле банка наступила абсолютная тишина.
— Я хочу, чтобы все подняли руки вверх! – медленно произнес посетитель.
В холле находилось человек 10 клиентов: 2 мамаши с детьми примерно лет пяти, 2 парня не более 20 лет с девушкой их возраста, пара мужчин, 2 женщины бальзаковского возраста и миловидная старушка.
Одна из кассиров опустила руку и нажала тревожную кнопку.
— Жми, жми, дочка, пусть собираются, – спокойно сказал дед.
— А теперь, все выйдите в холл, – сказал посетитель.

— Лёнь, ты чего это удумал, сбрендил окончательно на старости лет что ли? –миловидная старушка явна была знакома с грабителем.
Все посетители и работники вышли в холл.
— А ну, цыц, понимаешь тут, – серьезно сказал дед и потряс рукой с пистолетом. — Не, ну вы гляньте на него, грабитель, ой умора, – не унималась миловидная старушка.
— Старик, ты чего, в своем уме? – сказал один из парней.
— Отец, ты хоть понимаешь, что ты делаешь? – спросил мужчина в темной рубашке.

Двое мужчин медленно двинулись к деду. Еще секунда и они вплотную подойдут к грабителю. И тут, несмотря на возраст, дед очень быстро отскочил в сторону, поднял руку вверх и нажал на курок. Прозвучал выстрел. Мужчины остановились. Заплакали дети, прижавшись к матерям.

— А теперь послушайте меня. Я никому и ничего плохого не сделаю, скоро всё закончится, сядьте на стулья и просто посидите.
Люди расселись на стулья в холле.
— Ну вот, детей из-за вас напугал, тьху ты. А ну, мальцы, не плакать, – дед весело подмигнул детям.
Дети перестали плакать и внимательно смотрели на деда.
— Дедуля, как же вы нас грабить собрались, если 2 минуты назад оплатили коммуналку по платёжке, вас же узнают за 2 минуты? – тихо спросила молодая кассир банка.
— А я, дочка, ничего и скрывать-то не собираюсь, да и негоже долги за собой оставлять.
— Дядь, вас же милиционеры убьют, они всегда бандитов убивают, – сказал один из малышей, внимательно осматривая деда.
— Меня убить нельзя, потому что меня уже давненько убили, – тихо ответил посетитель.
— Как это убить нельзя, вы как Кащей Бессмертный? – спросил мальчуган. Заложники заулыбались.
— А то! Я даже может быть и похлеще твоего Кащея, – весело ответил дед.

— Ну, что там ?
— Тревожное срабатывание.
— Так, кто у нас в том районе? – диспетчер вневедомственной охраны изучал список экипажей.
— Ага, нашёл.
— 145. Приём.
— Слушаю, 145.
— Срабатывание на улице Богдана Хмельницкого.
— Понял, выезжаем. Экипаж включив сирену помчался на вызов.
— База, ответьте, 145.
— База слушает.
— Двери заблокированы, на окнах жалюзи, следов взлома нет.
— И это всё?
— Да, база, это всё.
— Оставайтесь на месте. Взять под охрану выходы и входы.

— Странно, слышь, Петрович, экипаж выехал по тревожке, двери в банк закрыты, жалюзи опущенные и следов взлома нет.
— Угу, смотри номер телефона и звони в это отделение, чо ты спрашиваешь, инструкций не знаешь что ли?
— Говорят, в ногах правды нет, а ведь и правда, – дед присел на стул.
— Лёнь, вот ты что, хочешь остаток жизни провести в тюрьме? – спросила старушка.
— Я, Люда, после того, что сделаю, готов и помереть с улыбкой, – спокойно ответил дед.
— Тьху ты…

Раздался звонок телефона на столе в кассе. Кассир вопросительно посмотрела на деда.
— Да, да, иди, дочка, ответь и скажи все как есть, мол, захватил человек с оружием требует переговорщика, тут с десяток человек и двое мальцов, – дед подмигнул малышам.
Кассир подошла к телефону и все рассказала.

— Дед, ведь ты скрыться не сможешь, сейчас спецы приедут, все окружат, посадят снайперов на крышу, мышь не проскочит, зачем это тебе? – спросил мужчина в темной рубашке.
— А я, сынок, скрываться-то и не собираюсь, я выйду отсюда с гордо поднятой головой.
— Чудишь ты дед! Ладно, дело твоё.
— Сынок, ключи разблокировочные отдай мне. Охранник положил на стол связку ключей. Раздался телефонный звонок.

— Эка они быстро работают, – дед посмотрел на часы.
— Мне взять трубку? – спросила кассир.
— Нет, доча, теперь это только меня касается.
Посетитель снял телефонную трубку:
— Добрый день.
— И тебе не хворать, – ответил посетитель.
— Звание?
— Что звание?
— Какое у тебя звание, в каком чине ты, что тут непонятного?
— Майор, — послышалось на том конце провода.
— Так и порешим, – ответил дед.
— Как я могу к вам обращаться? – спросил майор.
— Строго по уставу и по званию. Полковник я, так что, так и обращайся, товарищ полковник, – спокойно ответил дед.

Майор Серебряков провёл с сотню переговоров с террористами, с уголовниками, но почему-то именно сейчас он понял, что эти переговоры не будут обычной рутиной.
— И так, я бы хотел ….
— Э нет, майор, так дело не пойдёт, ты видимо меня не слушаешь, я же четко сказал по уставу и по званию.
— Ну, я не совсем понял что именно, – растерянно произнес майор.
— Вот ты, чудак-человек, тогда я помогу тебе. Товарищ полковник, разрешите обратиться, и дальше суть вопроса.

Повисла неловкая пауза.
— Товарищ полковник, разрешите обратиться?
— Разрешаю.
— Я бы хотел узнать ваши требования, а также хотел узнать, сколько у вас заложников?
— Майор, заложников у меня пруд пруди и мал мала. Так что, ты ошибок не делай. Скажу тебе сразу, там, где ты учился, я преподавал. Так что давай сразу расставим все точки над «и». Ни тебе, ни мне не нужен конфликт. Тебе надо, чтобы все выжили, и чтобы ты арестовал преступника. Если ты сделаешь всё, как я попрошу, тебя ждёт блестящая операция по освобождению заложников и арест террориста, – дед поднял вверх указательный палец и хитро улыбнулся.

— Я правильно понимаю? – спросил дед.
— В принципе, да, – ответил майор.
— Вот, ты уже делаешь всё не так, как я прошу.
Майор молчал.
— Так точно, товарищ полковник. Ведь так по уставу надо отвечать?
— Так точно, товарищ полковник, — ответил майор.
— Теперь о главном, майор, сразу скажу, давай без глупостей. Двери закрыты, жалюзи опущены, на всех окнах и дверях я растяжки поставил. У меня тут с десяток людей. Так что не стоит переть необдуманно. Теперь требования, – дед задумался…

— Ну, как сам догадался, денег просить я не буду, глупо просить деньги, если захватил банк, — дед засмеялся.
— Майор, перед входом в банк стоит мусорник, пошли кого-нибудь туда, там конверт найдёте. В конверте все мои требования, – сказал дед и положил трубку.

— Это что за херня? – майор держал в руках разорванный конверт.
— Бля, это что,шутка?
Майор набрал телефон банка:
— Товарищ полковник, разрешите обратиться?
— Разрешаю.
— Мы нашли ваш конверт с требованиями, это шутка?
— Майор, не в моём положении шутить, ведь правильно? Никаких шуток там нет. Все, что там написано – всё на полном серьёзе. И главное, все сделай в точности как я написал. Лично проследи, чтобы всё было выполнено до мелочей. Главное, чтобы ремень кожаный, чтоб с запашком, а не эти ваши пластмассовые. И да, майор, времени тебе немного даю, дети у меня тут малые, сам понимаешь.

— Я Лёньку поди уже лет 30 знаю, – миловидная старушка шептала кассиру, – да и с женой его мы дружили. Она лет 5 назад умерла, он один остался. Он всю войну прошел, до самого Берлина. А после так военным и остался, разведчик он. В КГБ до самой пенсии служил. Ему жена его, Вера, всегда на 9 мая праздник устраивала. Он только ради этого дня и жил, можно сказать. В тот день она договорилась в местном кафе, чтобы стол им накрыли с шашлыком. Лёнька страсть как его любил. Вот и пошли они туда. Посидели, все вспомнили, она же у него медсестрой тоже всю войну прошла. А когда вернулись... Ограбили их квартиру. У них и грабить-то нечего было, что со стариков возьмешь. Но ограбили, взяли святое, все Лёнькины награды и увели, ироды. А ведь раньше даже уголовники не трогали фронтовиков, а эти все подчистую вынесли. А у Лёньки знаешь сколько наград-то было, он всегда шутил, мне говорит, ещё одну медаль или орден если вручить, я встать не смогу. Он в милицию, а там рукой махнули, мол, дед, иди отсюда, тебя ещё с твоими орденами не хватало. Так это дело и замяли. А Лёнька после того случая постарел лет на 10. Очень тяжело он это пережил, сердце даже прихватывало сильно. Вот так вот…

Зазвонил телефон:
— Разрешите обратиться, товарищ полковник?
— Разрешаю, говори, майор.
— Все сделал как вы и просили. В прозрачном пакете на крыльце банка лежит.

— Майор, я не знаю почему, но я тебе верю и доверяю, дай мне слово офицера. Ты сам понимаешь, бежать мне некуда, да и бегать-то я уже не могу. Просто дай мне слово, что дашь мне пройти эти 100 метров и меня никто не тронет, просто дай мне слово.
— Даю слово, ровно 100 метров тебя никто не тронет, только выйди без оружия. — И я слово даю, выйду без оружия.
— Удачи тебе, отец, – майор повесил трубку.

В новостях передали, что отделение банка захвачено, есть заложники. Ведутся переговоры и скоро заложников освободят. Наши съемочные группы работают непосредственно с места событий.

— Мил человек, там, на крыльце лежит пакет, занеси его сюда, мне выходить сам понимаешь, – сказал дед, глядя на мужчину в темной рубашке.

Дед бережно положил пакет на стол. Склонил голову. Очень аккуратно разорвал пакет. На столе лежала парадная форма полковника. Вся грудь была в орденах и медалях.
— Ну, здравствуйте, мои родные, – прошептал дед, и слезы, одна за другой покатились по щекам.
— Как же долго я вас искал, – он бережно гладил награды. Через 5 минут в холл вышел пожилой мужчина в форме полковника, в белоснежной рубашке. Вся грудь, от воротника, и до самого низа, была в орденах и медалях. Он остановился посередине холла.

— Ничего себе, дядя, сколько у тебя значков, – удивленно сказал малыш. Дед смотрел на него и улыбался. Он улыбался улыбкой самого счастливого человека. — Извините, если что не так, я ведь не со зла, а за необходимостью.
— Лёнь, удачи тебе, – сказал миловидная старушка.
— Да, удачи вам, – повторили все присутствующие.
— Деда, смотри, чтобы тебя не убили, – сказал второй малыш.

Мужчина как-то осунулся, внимательно посмотрел на малыша и тихо сказал:
— Меня нельзя убить потому, что меня уже убили. Убили, когда забрали мою веру, когда забрали мою историю, когда переписали её на свой лад. Когда забрали у меня тот день, ради которого я год жил, чтобы дожить до моего дня. Ветеран, он же одним днём живет, одной мыслью – Днём Победы.
— Так вот, когда у меня этот день забрали, вот тогда меня и убили. Меня убили, когда по Крещатику прошло факельное шествие фашиствующей молодежи. Меня убили, когда меня предали и ограбили, меня убили, когда не захотели искать мои награды. А что есть у ветерана? Его награды, ведь каждая награда — это история, которую надо хранить в сердце и оберегать. Но теперь они со мной, и я с ними не расстанусь, до последнего они будут со мной. Спасибо вам, что поняли меня. Дед развернулся и направился к входной двери. Не доходя пару метров до двери, старик как-то странно пошатнулся и схватился рукой за грудь.

Мужчина в темной рубашке буквально в секунду оказался возле деда и успел его подхватить под локоть.
— Что-то сердце шалит, волнуюсь сильно.
— Давай, отец, это очень важно, для тебя важно и для нас всех это очень важно. Мужчина держал деда под локоть:
— Давай, отец, соберись. Это наверное самые важные сто метров в твоей жизни. Дед внимательно посмотрел на мужчину. Глубоко вздохнул и направился к двери. — Стой, отец, я с тобой пойду, – тихо сказал мужчина в темной рубашке.

Дед обернулся:
— Нет, это не твои 100 метров.
— Мои, отец, еще как мои, я афганец.
Дверь, ведущая в банк открылась, и на пороге показались старик в парадной форме полковника, которого под руку вел мужчина в темной рубашке. И, как только они ступили на тротуар, из динамиков заиграла песня «День победы» в исполнении Льва Лещенко.

Полковник смотрел гордо вперед, по его щекам катились слезы и капали на боевые награды, губы тихо считали:
— 1, 2, 3, 4, 5…
Никогда ещё в жизни у полковника не было таких важных и дорогих его сердцу метров.
Они шли, 2 воина, 2 человека, которые знают цену победе, знают цену наградам, 2 поколения:
— 42, 43, 44, 45…
Дед все тяжелее и тяжелее опирался на руку афганца.
— Дед, держись, ты – воин, ты должен!
Дед шептал: — 67, 68, 69, 70... Ш
аги становились все медленнее и медленнее. Мужчина уже обхватил старика за туловище рукой.
Дед улыбался и шептал:
— 96, 97, 98…, – с трудом сделал последний шаг, улыбнулся и тихо сказал:
— 100 метров… Я смог!

На асфальте лежал старик в форме полковника, его глаза неподвижно смотрели в весеннее небо, а рядом на коленях плакал афганец...


Здоровья и счастья Вам, Вашим родным, близким и мирного неба над головой! С Днём Победы!



СТАТЬ ПОДПИСЧИКОМ
* Поля, обязательные для заполнения
Нажимая "ОТПРАВИТЬ ЗАЯВКУ", Вы принимаете условия обработки персональных данных.
Теги: 100 метров

Другие статьи блога

Елена Гордеева. Отзыв о тренинге "Основы интернет-бизнеса, SEO и копирайтинга"
Елена Гордеева. Отзыв о тренинге "Основы интернет-бизнеса, SEO и копирайтинга"
Криптовалюта, One Coin и закон.
Криптовалюта, One Coin и закон.
СПАМте КРАСИВО!
СПАМте КРАСИВО!

Наверх
array(5) { ["id"]=> int(0) ["ip"]=> string(14) "34.204.176.125" ["language"]=> string(2) "en" ["gmt"]=> int(0) ["guest_id"]=> string(32) "24d2e96a2342b20ec1d96fd07134e1da" }